Татьяна Гусева

Уволенная сотрудница «Беларуськалия»: «Хочется не просыпаться ночью от кошмаров, что нас бьют и пакуют»

Как солигорчанка, еще совсем недавно далекая от политики, приняла решение присоединиться к стачке, понимая, что потеряет работу.

День президентских выборов Людмила Дуденус не забудет никогда.

— 9 августа после оглашения предварительных результатов голосования в городе было много милиции, — рассказывает собеседница «Салiдарнасцi». — Мы живем возле Парка четырех стихий, вдоль леса под окнами трасса. Там было много машин и автобусов, где находились сотрудники силовых структур. Была спецтехника МЧС.

Ближе к полуночи мы стояли на балконе и увидели, что люди бегут, а за ними несутся «космонавты» — сотрудники ОМОНа в шлемах со щитами. Девушек, парней хватали у нас на глазах и куда-то тащили. Cтрашно было. Помню, как девушка кричала: «Я иду домой! Пустите меня! Не заламывайте руки, я сама пойду, если надо».

10 августа охота на жителей Солигорска продолжилась, вспоминает Людмила.

— Парк четырех стихий патрулировали, по дороге ездили автобусы с милицией, было страшно выходить из дома. Я не понимала, почему такое происходит: город маленький, большого скопления людей нет.

11 августа мой парень пошел встретиться с коллегами в кафе в торговом центре. В тот вечер я пошла гулять с собакой, мы с Ромой были на связи.

Мы созвонились, он пообещал скоро вернуться. Одет был по-летнему: шорты-майка. Ни на какие митинги и шествия он не собирался. Пришла домой, набираю его: абонент недоступен. Я подумала о самом страшном.

Людмила позвонила в милицию, ей сказали: списков задержанных нет, звоните утром. В семь утра 12 августа в дежурной части сообщили: Роман находится в ИВС.

— Я не понимала, что происходит. По городу начали ходить слухи, что задерживают везде, не только в центре. Романа выпустили спустя трое суток. Я ехала с работы, хотела передать ему передачу, он позвонил и сказал, что дома.

На лице Ромы не было следов побоев, я подумала, что все нормально. Когда он пошел в душ, увидела, что все тело синее.

Я спросила: «Что случилось? За что?». Рома рассказал, что они с ребятами расплачивались за кофе. В это время в кафе забежали ребята, совсем молоденькие, от кого-то прятались. Они начали закрывать двери, а потом в кафе ворвались сотрудники ОМОНа. Задержали всех, кто там был.

Моему парню и его коллегам сказали, что их забрали для установления личности. А когда попали в машину, никто не разбирался… Избивали там, потом в ИВС. Без суда и следствия. По каким законам их били?

Рому судили за сопротивление сотрудникам милиции, дали 10 суток ареста. Но он не сопротивлялся!

На акции против насилия в Солигорске Людмила не выходила.

— Мне было страшно. Я видела, что делают с людьми, которые вообще ни в чем не участвуют.

Помню, когда Рому забрали, я гуляла вдоль дома с собакой, а возле остановки остановился синий бус с силовиками. Не понимаю, что они высматривали.

С тех пор у меня такое психологическое состояние: с тобой могут сделать все что угодно, и ты не докажешь правды. Мне жалко людей, которые попадают за решетку ни за что и с ними такое делают.

Я поняла, что нужно как-то показать свое несогласие с происходящим в стране, но на баррикады идти не собиралась. Ждала, что что-то поменяется, будет диалог, но прошло несколько месяцев, и ничего не изменилось.

Для себя сделала вывод: надо остановиться и подумать, хочу ли я спонсировать эту систему, работая на предприятии?

Так я решила, что не хочу поддерживать то, что происходит. Не хочу платить налоги. Если мне нужны медицинские услуги, я обращаюсь к стоматологу или гинекологу в частные центры. За оформление справок и документов тоже плачу из своего кармана.

3 ноября Людмила, работавшая кладовщиком на первой обогатительной фабрике ОАО «Беларуськалий» присоединилась общенациональной стачке. 23 ноября ее уволили за прогулы.

— В моем окружении были люди, которые прекрасно понимали, почему я так поступила. Если бы я не пошла выгуливать собаку, оказалась бы с моим Ромой в ИВС.

Потом случилась история с Романом Бондаренко, и я еще раз убедилась: поступила правильно.

Уезжать из страны Людмила не хочет:

— Здесь мой дом, я люблю этот город. Но до сих пор не чувствую себя здесь в безопасности.

Фото из архива героини

Сейчас Людмила живет за счет сдачи квартиры, ее поддерживает парень.

— Мне хватает, но, конечно, в чем-то пришлось урезать свои расходы. Я надеюсь, у нас не появится уголовная статья за то, что ты оставил работу.

После ухода в стачку Дуденус была привлечена к административной ответственности по «народной» статье 23.34.

13 ноября Людмила с ребятами из стачкома «Беларуськалия» отправилась на экскурсию, они собирались посетить дворец Пусловских и усадьбу Тадеуша Костюшко.

— Мне приснился накануне покойный папа, с которым мы спим на диване валетом и накрываемся куртками. Следующую ночь я провела в камере Барановичского СИЗО, в корпусе для политических. Мы спали с девочками валетом, накрывались куртками.

Стачкомовцев задержали во время экскурсии.

— Группа разделилась: половина пошла в замок, остальные — в усадьбу.  Когда я выходила из замка, подъехали сотрудники милиции, сказали сесть в автобус и ехать за ними в Ивацевичский РОВД.

После установления личности на меня составили протокол за пикетирование с флагом. Но у меня не было флага! Говорят, что я на фото и видео. Но там ничего не видно, — смеется Дуденус.

Трое суток до суда Людмила провела в Барановичском СИЗО. Ее сокамерницами были психологи, врачи, учителя, фитнес-тренеры из Минска.

— В хорошей компании время пролетело быстро. В 16-местной камере нас было 22 человека. Кто валетом спал, кто на столе.

Суд оштрафовал Дуденус на 5 базовых.

Парень Людмилы не обращался с жалобой в Следственный комитет.

— Ему мягко намекнули, что зря потратит время. Он находился в угнетенном состоянии. После пережитого насилия человек не хочет связываться с правоохранительной системой. Не хочет говорить ни с юристами, ни с адвокатами, ни с психологами.

Хочет откреститься и забыть — срабатывает психологическая защита. Хочется стереть произошедшее из памяти, чтобы ночью не просыпаться от кошмаров, что нас бьют и пакуют.

Во всех цивилизованных странах действует презумпция невиновности, должно быть веское доказательство, чтобы тебя посадить. У нас ты априори виновен, и ты должен оправдываться за то, чего не совершал.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 5 (оценок:49)